ГЛАВА  IV.  О  ТЕХНИЧЕСКОМ   ПРОГРЕССЕ  И   НОВОМ   ТВОРЕНИИ
      Текст I
      Из статьи митрополита Никодима «Размышления над книгами Премудрого»:

       В Книге Притчей Соломоновых слово «премудрость» приобретает ряд  специфических оттенков, позволяющих отнести это выражение как к Ипостаси  Божества и к Его проявлениям в мире, так и к жизни человека, в применении к   внутреннему содержанию души его и к разнообразным поступкам людей.

      Первое, что отмечается Книгой Притчей – это ценность знания, которое входит в понятие «премудрость» как существенная и неотъемлемая часть.

      Во всем мире возвышается голос премудрости, «на улице, на площадях…, в главных местах собраний…, при входах в городские ворота говорит она речь свою: «Доколе, невежды, будете любить невежество? Доколе буйные будут услаждаться  буйством? Доколе глупцы будут ненавидеть знание? (Притч.1:20-22). Знание по Книге  Притчей представляется величайшим богатством, обладая которым человек способен ощутить страх Господень, уразуметь правду и правосудие и прямоту, направить свою деятельность на всякую добрую стезю (Притч.2:2-9). Знание имеет в виду постоянство в искании истины, бесконечное совершенствование. Оно взывает к скромности (8:7), здравомыслию (3:21). Тот, кто пренебрегает знанием, наносит вред душе своей, ибо возлюбил не жизнь, но смерть (8:35-36).

      Акцент Книги Притчей падает на необходимость знания путей Божиих. Но голос Божий, Его бесконечная Премудрость направлены в мир. Пути Божественного Промысла пролегают здесь, в этом мире. Христианин, внимающий в храме Божественному слову, выносит его в своем сердце за церковную ограду. Он призывается в духе мудрости Божественной нести свое христианское служение в обстановке мира сего. Задача христианина состоит в том, чтобы найти след Божественно-промыслительной деятельности в мире и войти в спасительное течение Божественной Премудрости в волнах житейского моря.


      Знание путей Божиих означает также и научное ведение, открывающее христианину глубину Божественной премудрости. Современный человек, наблюдающий свойственное нашему времени развитие науки, не может не расценить это как осуществление Богом дарованного ему права обладать землею и владычествовать над нею (Быт.1:28).

      При этом можно вспомнить, что глагол «обладать», имеющийся в русском переводе Библии, по-еврейски выражен словом «каваш», что означает «брать силой, завоевывать, брать контрибуцию».

      Слова Книги Притчей о жизненной важности знания применимы к нашему времени бурного развития техники, как ни к какому другому. В настоящее время Земля предстает перед человеком как бы уменьшенной, ограниченной в своей  пространственности космическими скоростями ракетных кораблей, мгновенно прослушиваемой и просматриваемой радио - и телевизионными аппаратами, рассчитываемой электронным мозгом созданных  человеком в помощь себе машин. Вселенная открывает человеку  свои тайны одну за другой, и люди пользуются открытыми тайнами, чтобы еще быстрее овладевать новыми. В этом стремительном проникновении в загадки мироздания знание должно быть принадлежностью всех, и истина не должна скрываться в лабораториях и прятаться за стенами кабинетов. Технический прогресс является величайшим благом, дарованным  Премудростью Божией своему созданию. Человеку надлежит с благодарностью принять этот дар и откликнуться на него умножением талантов. Человеку необходимо совершенствовать знания. Попытки невежественной косности и неразумной беспечности воспрепятствовать победной поступи прогресса должны быть осуждены, как противоречащие Божественному повелению о непрестанном совершенствовании творения Божия.


      Таковы мысли о знании, невольно возникающие при слушании мудрости Священного Писания. Практически эти мысли находят себе применение в том, что  ученые разных стран, поддерживаемые деятелями христианских Церквей и людьми доброй воли во всем мире, осуждают испытания как в воздухе и под водой, так и под землей ядерного оружия, так как гибельное воздействие элементов ядерного распада взрывающихся военных устройств является общеизвестной истиной. Прогрессивные силы также осуждают военные эксперименты в космосе, загрязняющие околоземное пространство и препятствующие расширению знания о нем. В этих случаях люди доброй воли следуют велению Божественной Премудрости. И если гибельные испытания и безрассудные эксперименты еще имеют место, если имеются люди, которые хотели бы их продолжать, то это может быть расценено с точки зрения Книги Притчей как «невежественное упорство» и «глупая беспечность» (Притч.1:32).
         <...>
        Изложенные мысли навеяны Священным Писанием при слышании его в храме Божием за общественной молитвой. Именно молитва, во время которой земное соединяется с небесным, создает возможность для уяснения практического приложения библейского слова к делам христианской любви. Это означает  необходимость для христиан в молитве едиными устами и единым сердцем просить Создателя мира, Спасителя и Промыслителя, чтобы сделал Он для всех очевидными  веления Его Премудрости, чтобы мир и правда воцарились на земле и чтобы на добром  основании мирной жизни созидалась бы гармония духовного совершенствования и земного счастья человека.       ЖМП 1965, № 9, стр. 35, 38.

 

    ВОПРОСЫ:
   
    1. Основной особенностью современной науки является совершенное игнорирование религиозной идеи о сообразности мира Богу и человеку.  Считает ли митрополит Никодим, что такая наука может помочь христианину постигнуть глубины Божественной Премудрости?

    2. Как видно из вышеприведенного текста, митрополит Никодим считает, что богоустановленной нормой отношения человека к природе является насилие.

   Какие основания, кроме сомнительных филологических изысканий, дают право митрополиту  Никодиму на такое чудовищное утверждение? В качестве кого поставил Бог человека владычествовать над землей: в качестве законного царя и заботливого хозяина или же в качестве захватчика и насильника?

  Какова, по мнению митрополита Никодима, та земля, которую Всеблагой Бог сотворил и дал в обладание человеку?

   Не считает ли митрополит Никодим, что природа подобна бездушной вещи, или же он  полагает, что душа природы такова, что она жаждет над собой насилия?
     
  3. Какое религиозное и богословское основание дает право митрополиту Никодиму догматически утверждать, что «технический прогресс является величайшим благом, дарованным Премудростью Божией своему созданию»?
   
  4. Как видно из вышеприведенного текста, митрополит Никодим считает,  что Бог повелел человеку непрестанно совершенствовать Свое творение.

   Возникает вопрос: что митрополит Никодим имеет в виду под совершенствованием творения – возрастание в подобии или изменение образа? Что именно надлежит делать человеку на земле – «возделывать и хранить» (Быт. 2:15) или переделывать?

   5. Поскольку митрополит Никодим связывает технический прогресс с идеей непрестанного совершенствования Божьего творения, возникает вопрос: считает ли митрополит Никодим, что технический прогресс бесконечен, или же он полагает, что технический прогресс является средством для достижения какой-либо конкретной, конечной цели? Если так, то какова эта цель?

    6. Поскольку митрополит Никодим считает, что «попытки невежественной  косности и неразумной беспечности воспрепятствовать победной поступи прогресса должны быть осуждены, как противоречащие Божественному повелению о непрестанном совершенствовании творения Божия», возникает вопрос: какие именно технические достижения митрополит Никодим считает совершенствованием Божьего творения?

   Не считает ли митрополит Никодим, что все технические достижения и программы, кроме тех, которые непосредственно служат делу войны, в той или иной степени способствуют совершенствованию Божия творения?
    
   7. Как видно из приведенного отрывка, митрополит Никодим справедливо осуждает атомные  испытания и военные эксперименты в космосе, как загрязняющие биосферу и околоземное пространство. В то же время митрополит Никодим считает необходимым религиозно осудить всякую попытку «невежественной косности и неразумной беспечности воспрепятствовать победной поступи прогресса».

  Возникает вопрос: как относится митрополит Никодим к многочисленным  заявлениям отечественных и зарубежных специалистов о том, что не только  развитие средств массового уничтожения, но и технический прогресс сам по себе угрожает существованию жизни на земле?

   Не считает ли митрополит Никодим эти заявления проявлением «невежественной косности» и «неразумной беспечности»?

   Примечание составителей

   Идея всеобщей одушевленности природы, в косвенной форме высказанная нами во 2-м  вопросе, является одной из фундаментальных идей русского религиозного сознания. Эту идею,  которая пронизывает собой всю русскую иконографию, в Х1Х и ХХ веках отстаивали и развивали такие выдающиеся  представители русского богословия и религиозной мысли, как Ф.М. Достоевский,  Ф. И. Тютчев, Вл. Соловьев, архиепископ Иннокентий  Херсонский, епископ Порфирий (Успенский), проф. С.С. Глаголев, свящ. П. Флоренский, В.Ф. Эрн, прот.  С.Булгаков, Вяч. Иванов, прот. В. Зеньковский,  архимандрит Киприан (Керн) и другие.
 
   Приведем мнение наиболее авторитетное:

   Преосвященный Феофан Затворник. «Рассуждение о всеобщей одушевленности природы» (из «Толкования на послание к Римлянам»).

    Ст. 22. «Вемы бо, яко вся тварь (с нами) совоздыхает и соболезнует даже до ныне».
   «Вемы бо». Это слово наводит на мысль, что в речи Апостола более нежели олицетворение. В самом деле, что мешает предположить общее всей твари сокровенное сетование о печальном ее вместе с нами положении?
  
    Животные имеют смысл и чувство, в растениях явны следы чувства и влечений: что мешает предположить темное некое чутье и в процессах кристаллизации и химического  сродства? А за этим останется уже кое-что, в чем не видится будто никакого чутья, стихии и силы. Но и над ними следует предположить нечто господствующее,  распоряжающееся,  заправляющее.  Если допустим в сем последнем некое чутье, то будем видеть уже всю в совокупности тварь некако чувствующею. В сем ее чувстве и можем предположить  отражение общего неблаговидного ее состояния. Апостол его-то и видел и указал. «Вся тварь», говорит, «совоздыхает», и подтверждает это своим апостольским, богопросвещенным  умом: «вемы» мы, ум Христов имеющие. «Совоздыхает» – или сама в своей совокупности, или с нами: ибо «с нами» нет в греческом.

   Но это несущественно; существенно то, что воздыхает. «Соболезнует» – сильнее:  ибо выражает болезни рождения. Подается мысль, что будущее светлое состояние твари уже зачато и зреет в глубине твари, как плод во чреве матери, и готовится к проявлению. Аналогию сему мы видим в происхождении существ на земле. Самые хорошие из них зачинаются и зреют в невзрачных положениях, и во всей свойственной им красоте являются уже по выходе на свет Божий. Под невзрачным теперешним положением твари зреет ее лучшее – и в свое время явится, как плод из чрева. Сие предчувствуя, воздыхает тварь, томясь желанием, чтобы это совершилось поскорее. Ибо тогда, как ее ожидает такое светлое – она все еще должна работать суете и тлению.

     Воздыхает тварь, пишет Амвросиаст, по причине непрестанной работы,  под которою состоит. Ибо все элементы с томлением ведут работы свои.  И солнце и луна  не без труда пробегают положенные им пространства, и дух животных не без стенаний исполняет свои службы: ибо видим, как неохотно идут они на труд. Все это ожидает покоя, чтобы избавиться от рабского служения. Если бы это было служение к угождению Богу направленное,  конечно, тварь радовалась бы тому, а не болезновала, но как это есть работа тлению, коей она подверглась по нашей вине; то и болезнует. Ибо видит, что каждодневно гибнут работы ее, каждодневно восходит и заходит труд ее. Итак праведно она болезнует, когда работа ее не к вечности идет, а  к истлению. Но, сколько дается уразуметь, она беспокоится вместе и о нашем спасении, зная, что она скорее доспеет к своему освобождению, если мы скорее познаем Творца своего. Зная сие, потщимся со всем усердием и ревностию показать себя достойными (своего перед Богом звания), не о себе только самих заботясь, но имея в виду и тварь, которая день и ночь воздыхает, из-за нас терпя напраслину.     Толкование первых восьми глав Послания св. Апостола Павла к Римл. М.,1890, стр. 509-511

     Аналогичные мысли Преосвященный Феофан высказывал также и в своих частных письмах. (См.: «Собрание писем святителя Феофана». Вып. 2. М. 1898, с. 107-109; 113-116).

     Текст II

      Вторая сессия Богословской комиссии Христианской Мирной Конференции. Базель, 26 февраля 1966 г. Из доклада прот. Л. Воронова «Воплощение и земная действительность»:

      Воплощение Единородного Сына Божия, совершившееся нас ради человек, и нашего ради спасения, было первым звеном Божественного домостроительства (Ефес.3:9), целью которого являлось воссоздание человека и мира, ставшее необходимым в результате грехопадения со всеми его пагубными последствиями.

     Первозданный человек, созданный по образу Божию и призванный к непрестанному богоуподоблению (Быт.1:26), обладал не только высокими совершенствами своей личной духовной и материальной природы и безупречной нравственной чистотой. Как венец творения и образ Творца и Промыслителя он получил необходимые способности, силы и благословение Божие на разумную созидательную деятельность по устроению Царства Божия на земле (Быт.1:28; 2:15).

     Грехопадение было мировой катастрофой. «Одним человеком грех вошел в мир, и  грехом смерть» (Римл.5:12), ибо чрез наследственное повреждение человеческой природы утвердился в ней закон греха (Римл.7:23) и смерть духовная перешла во всех человеков. Расстройство охватило также и окружающий человека мир, так что, по словам апостола Павла, «вся тварь совокупно стенает и мучится доныне» (Римл.8:22).

     Но мысли Божии неизменны, намерения непреложны, любовь неиссякаема и мудрость неизмерима. Воплотившееся Слово Отчее, не разрушая Божественного субботства (Быт.2:2), как Сын Человеческий, становится «Господином и субботы» (Мрк.2:28), открывая новый этап человеческой и космической жизни, восьмой  день бытия мира, день воссоздания всего творения Божия. Это воссоздание совершается уже не творческим «Да  будет!», а животворящей энергией богочеловечества, синергическим действием Божественной благодати и человеческой свободы.

    На безрадостную сентенцию ветхозаветного мудреца «нет ничего нового под солнцем!» (Еккл.1:9) Божественная Премудрость отвечает жизнеутверждающей истиной «Се, творю все новое!» (Откр.21:5).  И это новое творение, завершением которого будет создание нового неба и новой земли (Откр.21:1), нового града Божия (Откр.21:2), начинает совершаться в центральной личности человеческой истории – Личности Господа нашего Иисуса Христа, благоволившего «создать в Себе Самом одного нового Человека, устрояя мир» (Ефес.2:15).

    Ближайшим и ценнейшим плодом пересоздающей мир Божественной деятельности является Церковь – это таинственное Тело Христово, возглавляемое  Им Самим (Ефес.5:23) и одушевляемое Духом Святым (1Кор.12:13). Цель Церкви та же, что и у ее Основателя и главы. Она состоит в благодатном обновлении людей и их нравственном совершенствовании, необходимом как для последования Христу в земных условиях, так и для неразрывно с Ним связанного спасения и вступления в вечную жизнь.

       Но область Царства Божия шире, чем область собственно церковной жизни с ее преимущественным откровением «тайн Царствия Небесного (Мф.19:11). Царство Божие обнимает всю сферу истины и добра во всех ее разнообразных проявлениях в жизни человечества. За пределами церкви также происходит постоянное обновление мира, хотя оно и имеет здесь не таинственно-благодатный, а по преимуществу этический характер. Происходит оно потому, что и после грехопадения в человеческой природе сохранились многие черты нетленного образа Божия и осталось врожденное стремление к совершенствованию.

      Обновление мира, составляющее самую сущность истории, происходило и во времена Ветхого Завета, как при тусклом свете естественного откровения, доступного всем (Римл.1:19-20), так и под воздействием слова Божия, которое, хотя и было вверено избранному народу (Римл. 3:2), но, благодаря общению между Израилем и другими народами, делалось отчасти доступным и язычникам. Но когда «пришла полнота времен, и Бог послал Сына Своего, Который родился от Жены» (Галат. 4:4), то процесс обновления мира получил импульс небывалой силы, поскольку в Лице Богочеловека, а затем во многих истинных Его последователях человечество увидело сияющий образ высшего нравственного совершенства.

       И хотя, в силу ряда причин, светлый Лик Христов нередко заслонялся и затемнялся неприглядными явлениями неискреннего и лицемерного восприятия христианского учения и – что еще печальнее – фактами прямого злоупотребления христианством, тем не менее всюду, даже там, где, по-видимому, отрицают Христа, как Творца и Воссоздателя мира, сказывается могучее влияние Его личности, Его учения и примера. Свободная воля человека, озаряемая лучами Солнца правды и согреваемая потоками Божественной любви, стремится к устроению мира на новых началах – на началах истинной гуманности, справедливости, глубокой  приверженности к миру.

       Бог любви, правды и мира является Творцом, Промыслителем и Вседержителем  по отношению ко всякому существу и всякому явлению жизни. И если Божественная цель – которой служит мировая история – заключается в том, чтобы в конце времен соединить под Главою Христом все, что на небесах и что на земле (Еф. 1:10), то  вполне понятно, что всякое гармоническое развитие и стремление к совершенству и полноте жизни является законным и благословенным в очах Божиих.

      Христиане, как верные последователи Христа, призваны помогать созданию этой  жизни, обогащать ее нетленными сокровищами духа, содействовать ее претворению в вечное и всеобъемлющее Царство Божие. Но наряду с этим, и даже в известном смысле прежде того, они в силу своего миротворческого служения обязаны заботиться о защите этой жизни от всех враждебных сил, стремящихся, наперекор истории и не считаясь с волей Бога, творящего все новое, отстоять изжившие или изживающие себя ветхие формы человеческого существования и готовых ради этого  поставить человечество на грань непоправимой катастрофы.

       Земная действительность сегодняшнего дня имеет резко выраженный двойственный характер. С одной стороны, мы видим необыкновенный прогресс научных и технических знаний, быстрый рост мирового производства, укрепление экономических взаимосвязей, создание колоссальных богатств, воплощенных в виде разнообразных материальных и культурных ценностей. Огромные усилия многих людей доброй воли направлены на то, чтобы использовать сокровища и возможности для поднятия жизненного уровня всех людей и народов, для облегчения их трудовой деятельности, для обеспечения их всестороннего развития, для уменьшения суммы человеческих страданий, для создания более совершенных форм человеческой жизни и человеческих отношений.

       Но, с другой стороны, очевидна деятельность злой человеческой воли, силящейся задержать естественный ход истории в направлении к совершенству и  полноте жизни.
         <...>
       Вера в воплощение ведет нас к солидарности с угнетенными и страждущими людьми. Она обязывает нас к широкому и самоотверженному общественному служению с целью содействия созданию таких новых отношений между людьми, при которых все «имели бы жизнь и имели с избытком», чтобы в мире духовном и материальном все ярче выявлялось новое творение во Христе» (1 Кор. 9:17) …     
ЖМП 1966, №5, стр. 42-44

  
Вопросы:

    1. Как видно из вышеприведенного текста, прот. Л. Воронов усматривает основное различие  творения и Нового Творения, как двух творческих актов, в том, что, по его мнению, творение совершалось только односторонним действием Божественного всемогущества, творческим: «Да будет!», а Новое Творение совершается синергически – содействием Божественной благодати и тварной свободы.

   Возникает вопрос: как о. Ливерий, исходя из этой концепции, объясняет те акты творческого  синергизма, о которых повествует нам библейская космогония: «И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву сеющую семя по роду своему, плод, в котором семя его на земле. И стало  так. И произвела земля зелень, траву, сеющую семя по роду и по подобию ее, и дерево плодовитое, приносящее плод, в котором семя его по роду его на земле. И увидел Бог, что это хорошо… И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся, душу живую; и птицы да полетят над землею, по тверди небесной. И стало так. И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее. И увидел Бог, что это хорошо. И благословил их Бог, говоря: плодитесь и  размножайтесь, и наполняйте воды в морях, и птицы да размножатся на земле. И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так. И создал Бог зверей земных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов земных по роду их. И увидел Бог, что это хорошо» (Быт.1:11-25).

     Итак: согласно Священному Писанию, растительный и животный мир есть одновременно и творение Бога и произведение земли – несомненное проявление синергизма Бога и твари.

    Не следует ли из этого, что тот принцип различия между творением и Новым творением, который предложил о. Ливерий, неверен?

      2. О. Ливерий утверждает, что первозданный человек, как «венец творения и образ Творца и Промыслителя получил необходимые способности, силы и благословение Божие на разумную  созидательную деятельность по устроению Царства Божия на земле» (Быт.1:28; 2:15).

     Между тем, те священные тексты, на которые ссылается о. Ливерий, говорят только лишь о  том, что Бог поставил человека на земле законным владыкой и хозяином всей твари, благословил первых людей на чадородие и повелел Адаму возделывать и хранить Эдемский сад.

    Возникает вопрос: можно ли указанные Божественные действия понимать как дарование человеку «необходимых способностей, сил и благословения» на созидание Царства Божия?

     Поскольку Устроителем Царства Божия, несомненно, является Новый Адам – Господь наш Иисус Христос, не ведет ли такое понимание к ложной мысли о равенстве творческих сил Ветхого и Нового Адама?

     3. Описывая грехопадение человека, как мировую катастрофу, о. Ливерий подчеркивает, что следствием грехопадения явилась смерть духовная, которая перешла во всех человеков. При этом о. Ливерий ничего не говорит о смерти телесной.

     Не считает ли о. Ливерий, что Адам был сотворен смертным и потому смерть телесная есть следствие естественного истощения телесной жизни, а не плод грехопадения?

     Если так, то каким образом можно сочетать представление о телесной смертности Адама с представлением о том, что Бог благословил Адама на созидание Царствия Божия?

     Если о. Ливерий действительно полагает, что Адам был сотворен смертным, то допускает ли он, что Царствие Божие совместимо с господством смерти, или же он полагает, что Адам  должен был победить телесную смерть собственными силами?
     
     4. Говоря о начальном акте Нового творения, о. Ливерий пишет:

    «Воплотившееся Слово Отчее, не разрушая Божественного Субботства (Быт.2:2), как Сын Человеческий, становится "Господином и субботы" (Мф.2:28), открывая новый этап человеческой и космической жизни, восьмой день бытия мира, день воссоздания всего творения Божия».

    Если, по мнению о. Ливерия, Господь Иисус Христос становится Господином субботы,  Начальником и Совершителем нового творческого дня по человечеству, а по Божеству продолжает при этом субботствовать, то как примирить такое мнение о пассивности Божества  в Богочеловеке с догматическим определением VI Вселенского Собора о том, что в Иисусе Христе
  "…два естественные действия нераздельно, неизменно, неразлучно, неслиянно» и что «Его  человеческое хотение…  следует или – лучше сказать – подчиняется Его Божественному и всемощному хотению».

      5. Как видно из приведенного текста, о. Ливерий, говоря о «новом этапе человеческой и космической жизни», который он называет Новым творением и восьмым днем бытия мира, с  одной стороны утверждает, что в период Нового творения Божественное субботство остается нерушимым, а с другой, что Новое творение совершается синергетически: содействием Божественной благодати и человеческой свободы.

   Возникает вопрос: как  о. Ливерий примиряет идею о том, что Бог бездействует, с идеей о  совместном действии Божественной благодати и человеческой свободы?

   Не считает ли о. Ливерий, что в синергизме Божественного и человеческого непосредственное творчество принадлежит воле человека, а субботствующий Бог только  озаряет ее «лучами Солнца Правды и согревает невидимыми потоками Божественной любви»?

      6. О. Ливерий пишет:
    «На безрадостную сентенцию ветхозаветного мудреца "нет ничего нового под солнцем!"  (Еккл.1:9) Божественная Премудрость отвечает жизнеутверждающей истиной: "Се, творю все  новое! (Откр.21:5)».

     Между тем, из Апокалиптического контекста с очевидностью явствует, что слова «Се,  творю все новое!» изрекает не Божественная Премудрость, а Сам Бог Отец, ибо Сказавший  «Се, творю все новое!» – говорит далее: «Побеждающий наследует все, и буду ему Богом, и он  будет Мне сыном» (Откр.21: 5-7). Такое понимание данного апокалиптического контекста, ясное и само по себе, дополнительно подтверждается сравнением с другими местами Иоаннова Откровения, где также говорится о Сидящем на престоле. Смотри главу 4, в которой описывается, как небесный хор славословит Сидящего на престоле как Творца неба и земли; и в особенности главу 5, в которой описывается, как Агнец, как бы закланный, берет из рук  Сидящего на престоле книгу, запечатанную семью печатями, а затем, как небесный хор славословит Сидящего на престоле и Агнца. Ясно, что Сидящий на престоле и Агнец – Господь наш Иисус Христос – два  разных Лица.

    Если, вопреки апокалиптическому контексту, изречение слов «Се, творю все новое!» –  приписать Божественной Премудрости, то концепция о. Ливерия о том, что в период Нового  творения Бог субботствует, может получить некоторое обоснование, ибо под Премудростью  Божией о. Ливерий может разуметь Господа нашего Иисуса Христа – Богочеловека, Который,  говоря о Новом творческом акте, имеет в виду Свою Человеческую волю.

    Если же слова «Се, творю все новое!» изрекает не Божественная Премудрость, а Сам Бог Отец – а это несомненно так – то вся концепция о. Ливерия о Новом творении оказывается  совершенно не состоятельной.

     Так как весьма трудно представить, что профессор-протоиерей Л. Воронов основал целую  богословскую концепцию на сознательном искажении апокалиптического текста, возникает  вопрос: нет ли в этой концепции какой-то скрытой мысли, могущей разъяснить недоумение,  которую о. Ливерий почему-то не пожелал высказать?

      6. Говоря о Новом творении, о. Ливерий усматривает его цель «в воссоздании человека и  мира, ставшее необходимым в результате грехопадения».

     Вопрос: Как о. Ливерий понимает «воссоздание»?
  
    Признает ли о. Ливерий, что Новое творение есть возведение твари на новый онтологический уровень через приобщение твари к бытию Божественному, или же он полагает, что Новое  творение, взятое со стороны онтологической, есть не более как возвращение твари к первоначальному, догреховному состоянию?

    8. Какое богословское основание дает право о. Ливерию утверждать, что социальное и  техническое творчество человеческого общества входят в состав Нового творения?

    Неужели о. Ливерий в самом деле полагает, что слова Спасителя «Я пришел для того, чтобы  имели жизнь и имели с избытком» (Ин.10:10) можно понимать в смысле материального благоденствия?

    Примечание составителей:
    Наши недоумения, связанные с учением прот. Л. Воронова о том, что область Царствия Божия шире, чем область собственно церковной жизни, выражены в вопросах, относящихся к 7 главе.

  
       Текст III

       Из «СЛОВА митрополита Ленинградского и Новгородского НИКОДИМА», произнесенного в Николо-Богоявленском кафедральном соборе Ленинграда после вечерни 9 января 1969 года:

      Творческая деятельность Божественной Премудрости не закончилась созданием мира и человека, его спасением и освящением, не ограничилась она и всегда ощущаемыми верующими сердцами промыслительными действиями, в которых Бог сохраняет бытие и силу твари. На размышление ветхозаветного мудреца, что «нет ничего нового под солнцем» (Еккл.1:9), Она, Божественная Премудрость, отвечает в Новом Завете жизнеутверждающим: «Се, творю все новое!» (Откр.21:5). И это новое  творение, завершением которого будет создание Нового неба и Новой земли (Откр. 21:1), Нового града Божия (Откр.21:2), начинается воссозданием и обновлением человеческой природы в центральной Личности человеческой истории – Личности Господа нашего Иисуса Христа, благоволившего «создать в Себе Самом одного нового Человека, устрояя мир» (Еф.2:15).
   
     Постоянное богоустановленное обновление, обновление природы, человеческого общества, Церкви и отдельного человека непрестающей силой Божией – вот смысл  этих священных слов – «Се, творю все новое», – и приобретает он особое  звучание  в переживаемоенами время, – время быстрых изменений и великих свершений».     
ЖМП 1969, № 2, стр. 37.

   
     Текст  IV

     Из статьи митрополита Никодима: «Сотрудничество крещенных и нехристиан в совместном служении благу человечества»:

     Вера во Христа обязывает нас к широкому и самоотверженному служению с целью  содействия созданию таких отношений между людьми, при которых все «имели бы жизнь и имели с избытком», чтобы в мире духовном и материальном все ярче выявлялось новое творение во Христе (2 Кор. 5:17) и преодолевались вражда и несправедливость – эти главные источники человеческих страданий.                 ЖМП 1970, №3, стр.75

     
      Поскольку вышеприведенные тексты из двух выступлений митр. Никодима являются почти дословным повторением отдельных мест из доклада прот. Л. Воронова, посвященного учению о Новом творении, все ВОПРОСЫ, обращенные к о. Ливерию, относятся также и к митр. Никодиму.

    
    ПРИМЕЧАНИЯ  СОСТАВИТЕЛЕЙ  К  IV  ГЛАВЕ:
   
    1.Краткое изложение Библейского учения о Новом творении
   
    Богооткровенное учение о Новом творении выражено наиболее определенно тремя священными писателями: в книге пророка Исайи, в Посланиях св. ап. Павла и в Апокалипсисе Иоанна Богослова. Такая последовательность в объективации Откровения не случайна, но составляет как бы лествицу восхождения: Исайя пророчествует о Новом творении, апостол Павел изъясняет динамку его свершения, а Тайнозритель в грандиозных видениях созерцает Новое творение уже как бы свершившимся.

   В целом Священное Писание называет Новым творением осуществление конечных судеб мироздания.

   «Будет бо небо ново и земля нова, и не помянут прежних, ниже взыдут на сердце их.
    Но радость и веселие обрящут на ней, яко се аз творю веселие Иерусалиму и людем моим радость…
    Яко бо небо ново и земля нова, яже аз творю, пребывает предо мною, глаголет Господь, тако  станет семя ваше и имя ваше».     Исайя 65:17-18; 66:22

   Учение о Новом творении неразрывно связано с учением о всеобщей кончине мира: «ибо небеса исчезнут как дым и земля обветшает, как одежда» (Ис. 51:6); при этом, однако, надо  иметь в виду, что тот мировой пожар, который согласно учению апостола Петра, должен предшествовать явлению нового неба и новой земли (2 Петр 3:1-13), по единодушному мнению отцов Церкви, закрепленному догматическим определением пятого Вселенского Собора, ни коим образом не является уничтожением мира как такового.

  Не за тем Бог творил мир, чтобы его уничтожать!

  В мировом пожаре творение Божие будет не уничтожено, а как бы духовно переплавлено так, что Новое творение в своем окончательном свершении – есть преображение всего созданного,  т.е. приведение неба и земли в полное соответствие с Божественным о них замыслом.

  Сущность учения апостола Павла о Новом творении, как о реальности становящейся, можно выразить одним кратким текстом:

   Согласно этому учению, Господь наш Иисус Христос, воплощенное Слово Божие, Совершенный Бог и Совершенный Человек есть Новый Адам, родоначальник нового, духовного человечества.

   «Так и написано: первый человек Адам, стал душою живущею (Быт. 2:7), а последний Адам есть дух животворящий, … первый человек из земли перстный, второй человек – Господь с неба».     1 Кор.15:45-47
                                                          
       
   Через приобщение ко Христу человек приемлет на себя Его образ (1 Кор. 15:49), совлекается  ветхого человека, истлевающего в обольстительных похотях и облекается в нового, созданного  по Богу (Ефес. 4:20-24), становится новой тварью  (2 Кор. 5:17; Гал. 6:15).

   «Каков перстный, таковы и перстные; и каков небесный, таковы и небесные. И как мы  носили образ перстного, будем носить и образ небесного».                        1 Кор.15:48-49

   «Итак, кто во Христе, тот новая тварь; древнее прошло, теперь все новое».
   2 Кор 5:17   

   «…Вы слышали о Нем и в Нем научились – так как Истина в Иисусе – отложить прежний образ жизни ветхого человека, истлевающего в обольстительных похотях, а обновиться духом  ума вашего и облечься в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины».      Ефес. 4:21-22
  
   Творческий процесс созидания во Христе Нового человечества объемлет собой не только сынов обетования, т.е. избранный остаток Израильского народа, но, простираясь «до последних земли», охватывает всех, чьи сердца откликаются на Благую Весть.
 
   «Ибо во Христе Иисусе ничего не значит, ни обрезание, ни необрезание, а новая тварь».     Гал. 6:15   

   «Ибо Он есть мир наш, соделавший из обоих одно и разрушивший стоявшую посреди преграду, упразднив вражду Плотию Своею, а закон заповедей – учением, дабы из двух создать в Себе Самом одного нового человека устрояя мир…».            Ефес. 2:14-15

   Возрастая во святой храм в Господе, утвержденный на основании апостолов и пророков, имеющий Самого Иисуса Христа краеугольным камнем (Ефес. 2:20-21), новое человечество преображает все условные формы исторического бытия.

   «…Совлекшись ветхого человека с делами его и облекшись в нового, который обновляется в познании по образу создавшего его, где нет ни эллина, ни иудея, ни обрезания, ни необрезания,  варвара, скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос».         Колос. 9:8-11
                                                  
   Наконец, по воскресении мертвых осуществляются и конечные судьбы Нового творения.

   «Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут, каждый в своем порядке: первенец Христос, потом Христовы в пришествие Его».        1 Кор. 15:22-23
        
   «Говорю вам тайну: не все мы умрем, но все изменимся, вдруг, во мгновение ока, при последней трубе; ибо вострубит, и мертвые воскреснут нетленными, а мы изменимся».   1 Кор.15:51-52                                       
         
   В эсхатологической перспективе воскресения мертвых и преображения живых зрится и всеобщее преображение твари.

  «Ибо тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих, потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде, что и сама тварь освобождена  будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих».              Рим. 8:19-21
       
    А затем наступает последнее свершение:

  «А затем конец, когда Он предаст Царство Богу и Отцу, когда упразднит всякое начальство и всякую власть и силу. Ибо Ему надлежит царствовать, доколе низложит всех врагов под ноги Свои. Последний же враг истребится – смерть. Потому что все покорил под ноги Его. Когда сказано, что Ему все покорено, то ясно, что кроме Того, Который покорил Ему все. Когда же все покорит Ему, тогда и Сам Сын покорится Покорившему все Ему, да будет Бог все во всем». 1 Кор.15:24-28                                                
      
   Об этом последнем свершении пророчествовал Исайя и его же в дивных видениях созерцал Тайнозритель:
    
   «И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря  уже нет. И я, Иоанн, увидел святый город Иерусалим, новый, сходящий от Бога с неба, приготовленный как невеста, украшенная для мужа своего. И услышал я громкий голос с неба, говорящий: се, скиния Бога с человеками, и Он будет обитать с ними; они будут Его народом,  и Сам Бог с ними будет Богом их. И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло. И сказал Сидящий на престоле: се, творю все новое».            Откр. 21:1-5
      
  Изречение этих слов является фактом огромного догматического значения: Бог не уничтожает мир, но преображает; однако, преображая, творит заново; не творит новый мир на смену старому, но старый мир творит новым; не так обновляет, чтобы это не значило творить,  но так творит, чтобы это значило обновлять.

   «Как может человек родиться, будучи стар? Неужели может он в другой раз войти в утробу матери своей и родиться?» – недоумевает праведный Никодим (Иоанн 3:4).                                     
   Откровенное учение о Божественном Домостроительстве, понимаемое в свеете религиозного и богословского предания Вселенской Церкви дает основание считать, что Божественное Домостроительство имеет два основных аспекта, теснейшим образом друг с другом связанных,  но тем не менее, друг на друга не сводимых: аспект сотериологический, обусловленный грехопадением Адама и аспект творческий, который является реализацией Божественного Замысла о конечном Преображении всей твари, т.е. Новым творением; причем оба эти аспекта  имеют своим Основанием и Средоточием Воплощение Единородного Сына Божия, совершившееся «нас ради человек и нашего ради спасения».
    
   2. К вопросу о техническом прогрессе

   А) Как явствует из Священного Писания, техника как совокупность средств внешнего, насильственного воздействия человека на природу, возникла в результате первородного греха.
  
   До грехопадения, в период Райского блаженства, человек, свободный от рабства тлению, не  имел никакой нужды в технике. В эдемском саду человек был связан с природой союзом любви.

   Наделенный от Бога космической прозорливостью и духовным могуществом, человек видел  вещи такими, каковы они есть и мог воздействовать на природу словом, а природа свободно покорялась человеку как своему доброму пастырю (Быт.1:27-30; 2:15, 19, 20).

    Грех разорвал духовную связь человека с Богом и с природой. Человек огрубел душой и телом, замкнулся, утратил прозорливость и духовные силы. Природа стала для человека внешней средой, неподатливой и враждебной. Возникла необходимость в технике.

   После грехопадения Бог сказал человеку:

  «Проклята земля в делех твоих, в печалех снеси тую вся дни живота твоего; тернии и волчцы возрастит тебе, и снеси траву сельную. В поте лица твоего снеси хлеб твой… И изгна его Господь Бог из рая сладости делати землю, от нея же взят бысть».
   Быт. 3:23
                                                                          
   После грехопадения техника стала необходимым условием существования человеческого рода, и в этом ее религиозное оправдание. Но при этом нет ни малейшего религиозного или богословского основания приписывать технике значение домостроительное: т.е. сотериологическое или относящееся к Новому творению – нет ни малейшего основания считать, что при помощи техники человечество может вернуть себе потерянный Рай или  построить на земле Новый Иерусалим.
       
   Б) По неложному свидетельству Священного писания, Бог, сотворив человека, поставил его владыкою над всей Землей. Это владычное положение человека в самом средоточии мироздания является существенным и неотъемлемым свойством человека как образа Божия, и потому не было утрачено человеком даже в результате первородного греха. Но если до грехопадения человек осуществлял свою власть над Землей непосредственно – богоподобной  силой духовного могущества, то после грехопадения человек оказался вынужденным осуществлять свою власть над Землей при помощи труда и техники.

   На протяжении всей человеческой истории люди всегда пользовались техникой и всегда технику совершенствовали, но только за последние два столетия технический прогресс, пройдя  несколько этапов стремительного ускорения, вполне обнаружил свои скрытые возможности.

   В наше время техническое творчество привело к тому, что власть человека над природой, оставаясь по существу внешней и насильственной, по своему объему стала соизмерима с той властью, которую имел первозданный Адам до грехопадения – человек снова стал реальным владыкой всей Земли, способным творчески воздействовать на планетарные и даже космические процессы.

   Этот факт, столь неожиданно, среди почти всеобщей секуляризации мира подтвердивший  библейский антропоцентризм, требует серьезнейшего богословского и естественно-научного  осмысления и важных практических решений. Ибо, если нравственное преступление первозданного Адама, среди всех прочих гибельных последствий повлекло за собой разрыв духовной связи между человеком и Землей, то творческая ошибка современного человека в деле регуляции технического прогресса может привести к такому роковому столкновению техники и природы, в результате которой произойдет всеобщая экологическая катастрофа.

   На скрижалях века огненными письменами начертано:

  «Человек достаточно технически могуч, чтобы быть ответственным за Землю!».

   На основании всего сказанного можно утверждать, что в наше время перед человеческим родом возникает неотложная творческая задача: органически сообразовать технический прогресс с естественной жизнью Матери-Земли. При этом надо иметь в виду, что эта задача не  может быть решена только на основании чисто умственного расчета без пробуждения того  сердечного отношения к Земле, которое в значительной степени утеряно современным человеком.