Открытое письмо Патриарху Алексию I священников Николая Эшлимана и Глеба Якунина. Часть 1.
Патриарх Алексий I
Отцы Николай Эшлиман и Глеб Якунин, 1965 г.

21 ноября 1965 г.  


Как мне  известно от самих составителей "Открытого Письма", одним из трех его авторов был Феликс Владимирович Карелин. Однако его подпись, как бывшего заключенного, было решено не ставить, чтобы не давать формального повода для отказа в рассмотрении документа.   Лев Регельсон  2007 г.

                     
СОДЕРЖАНИЕ
Обращение
Часть I
1. Незаконная регистрация крестин и прочих треб
2. Массовое закрытие храмов, монастырей  и церковных  школ
3. Фактическое прекращение треб на дому и панихид на кладбищах
4. Принудительное удаление детей от Церкви
5. Вмешательство "мирских начальников" в поставление духовенства
Итоги
Часть II
Часть III
   
                                                        
                                                                  
Его Святейшеству,
               Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси, Алексию


Священников:
Николая Эшлимана, служащего в храме Покрова Пресвятой Богородицы, что в Лыщиковом пер. г. Москвы.
Глеба Якунина, служащего в храме Казанской иконы Божией Матери, что в г. Дмитрове Московской Епархии.

                                                          
                                                
         Открытое письмо

   Копии «Открытого письма Святейшему Патриарху» адресуются нами правящим Архиереям Русской Православной Церкви.

   Одновременно авторы «Открытого письма», как граждане СССР, направляют в высшие Органы государственной власти и Генеральному Прокурору Советского Союза заявление с протестом против незаконных действий руководителей и уполномоченных Совета по делам Русской Православной Церкви, при Совете Министров СССР.

                                                                                                      
           
Ночь прошла, а день приблизился: итак отвергнем дела тьмы и облечемся в оружие света.    Рим.13:12                                                                                                                                                                                                                                           
    Ваше Святейшество!

   Плодом прилежных молитв, душевной борьбы и тяжких раздумий явилось это письмо, с которым мы, принуждаемые христианской совестью и пастырским долгом, сочли необходимым обратиться к Вам и в Вашем лице к общей Матери нашей — Русской Православной Церкви.
  
   21 Ноября 1944 года Вы произнесли исполненные духовной мудрости слова, к несчастью оказавшиеся пророческими:

   «... Церковное управление твердо дотоле, доколе мы остерегаемся переступить через рубеж правил церковных; коль скоро переступим однажды по какому-либо произвольному рассуждению, то уж трудно будет определить, где тот предел, далее которого нельзя итти. Один шаг через рубеж правил подвергает опасности многое и подает ревнителям повод к серьезным и основательным нареканиям»*.

{ Примечание: * Алексий, Патриарх Московский и всея Руси. «Слова, речи, послания, обращения, доклады, статьи».  Изд. Московской Патриархии.   1948. C.98.}

И вот ныне горькой истиной, очевидной для каждого человека, любящего Христа и Его Церковь, стало то, что Русская Церковь тяжело и опасно больна, и болезнь Её всецело оттого, что церковная власть уклонилась от исполнения своего долга, отступив за тот предел, «далее которого нельзя итти».

   Великое обетование Христово: «Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют Её» (Матф. 16:18), Русская Церковь относит к себе, как к части Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви. Вся тысячелетняя история Её, вплоть до сегодняшего дня, является ярким тому свидетельством. Церковь неодолима для внешних и никакое давление извне не в силах препятствовать Её пути следования за Христом и служения Его Истине.

Но та же история нашей Русской Церкви, равно, как и любой иной отдельной поместной Церкви, учит нас, что в вопросах внутреннего устроения она бывает несвободна от ошибок — «... она иногда возносится к небу, иногда опускается в бездну, иногда Христовою управляется силою, иногда колеблется страхом, иногда покрывается волнами страстей, иногда всплывает на веслах исповедания...».

  Все мы, образующие ныне собою Православную Русскую Церковь в особенности архипастыри и пастыри, ответственны перед Богом за те тяжкие нестроения, которым Она ныне подвержена.

   Поэтому, следуя призыву Вашего Святейшества к архипастырям и приходским пастырям: «самоотверженно трудиться над очищением церковной ограды от всяких нестроений, накопившихся в ней по нашему нерадению»**, мы, приходские пастыри Русской Православной Церкви, сочли невозможным долее умалчивать о тех шагах Церковного управления за рубежи правил церковных, которые подвергли опасности  многое и стали источником всевозрастающей тревоги, предметом постоянной заботы и поводом для соблазна и смущения всей Вашей паствы.

{Примечание:
** «...В Бозе почивший Патриарх Сергий оставил нам завет «самоотверженно трудиться над очищением церковной ограды от всяких нестроений, накопившихся в ней по нашему нерадению». К этому же обязуюсь и я призвать всех чад нашей Православной Церкви, наипаче же преосвященных архипастырей и приходских пастырей. Им все ведомы современные нестроения в церковной жизни, ведомо и повеление Апостола о внимании прежде всего себе, а затем и всему стаду».
   Алексий, Патриарх Московский и всея Руси. «Слова и речи...».     Москва. 1948 г. С.111}


   Сознавая свое человеческое недостоинство и духовную немощь, мы долгое время ожидали, пока какой-либо ревнитель более достойный чем мы, нарушит узы греховного молчания и обратится к Вам и в Вашем лице к Соборному самосознанию Русской Церкви, ища в нем исцеления церковных недугов.

  Светлейший образ Христа изъязвленного властно повелевает нам не откладывать далее и принять на себя бремя сего тяжкого долга.

   Опорой в этом служит нам упование на Господа Всемогущего, Который не только человеку, созданному по Его Образу и Подобию, но и бессловесной ослице может дать власть «остановить безумие пророка».


                                                                                 
    I   

      И на стенах твоих, Иерусалиме, приставил стражи весь день и всю нощь, иже до конца не премолкнут поминающие Господа.  Исайя 62:6                                                                  
   Вы куплены дорогою ценою; не делайтесь рабами человеков.  1 Кор. 7:23    

                                                             
   
     Около двух тысяч лет назад прозвучали слова Господа нашего Иисуса Христа, установившие должное отношение между религиозной и гражданской жизнью человеческого общества — «...отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Мр. 12:17).

   Эти слова Спасителя положили предел притязанию языческого государства на неограниченную власть над человеком. Духовная жизнь человека, его отношение к Богу, его мораль, определения его совести были навсегда изъяты из-под власти кесаря.

   Впервые в истории христианское учение провозгласило безграничную ценность человеческой личности. За человеком раз и навсегда было признано священное право на религиозную свободу.

   На этом основании Христова Церковь с первых дней Своего исторического бытия сознавала Себя особым духовным Царством, избранным от мира и подвластным Одному Богу.

  «...Вы род избранный, царственное священство, народ святый, люди взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет; некогда не народ, а ныне народ Божий...» (1 Петр. 2:10).

   В то же время Св.Православная Церковь всегда признавала за государством суверенное право на руководство гражданской жизнью общества и потому всегда вменяла своим членам необходимость повиноваться мирским властям по совести.

   Безусловное невмешательство государства во внутреннюю жизнь Церкви, с одной стороны, и свободное сотрудничество Церкви и государства в гражданской сфере, если государство этого пожелает, с другой — таков принцип истинного взаимоотношения Церкви и Государства.

   Основные законодательные документы Советской власти, определяющие отношение Советского государства к Церкви — декрет «Об отделении Церкви от государства»... и 124 ст. Конституции СССР, провозглашающая свободу совести и признающая за гражданами СССР право на свободу религиозной жизни — создают определенные основания для осуществления этого принципа.

   Кроме того, для контроля за соблюдением законов, определяющих отношение государства к Церкви и для посредничества между Церковью и государством в гражданской сфере, при Советском правительстве учрежден специальный орган — Совет по делам Православной Церкви. В условиях безрелигиозного государства, когда Церковь заинтересована в строжайшем соблюдении принципа отделения Церкви от государства, существование специального органа, обеспечивающего осуществление этого принципа, с точки зрения Церкви вполне целесообразно, важно только, чтобы этот орган не искажал своих функций и не превышал своих полномочий.

   Однако, за период с 1957 по 1964 гг., под личным давлением Хрущёва, допустившего «субъективизм и администрирование в руководстве», впоследствии осуждённые Коммунистической Партией и Советским правительством, Совет по делам Русской Православной Церкви коренным образом изменил свою природу, превратившись из официального органа-посредника в орган неофициального и незаконного управления Московской Патриархией.

Ныне в Русской Церкви создалось такое положение, при котором ни одна сторона церковной жизни не свободна от активного административного вмешательства со стороны Совета по делам Р.П.Ц., его уполномоченных и местных органов власти, вмешательства, направленного на разрушение Церкви!

  Благоговея перед таинственным величием Архипастырского сана, со страхом Божиим в сердцах своих, сознавая своё человеческое недостоинство, но тем не менее побуждаемые неодолимым требованием христианской совести, мы считаем своим долгом сказать, что подобное положение в Церкви могло сложиться лишь вследствие попустительства Высшей Церковной Власти, которая уклонилась от исполнения своих священных обязанностей перед Христом и Церковью и в нарушение Апостольского завета явно «сообразовалась веку сему».

   Сугубая вина Церковного Управления состоит в том, что оно пошло по пути подчинения неофициальным устным распоряжениям, которые, в нарушение гласного советского законодательства, Совет по делам Р.П.Ц. избрал средством систематического и разрушительного вмешательства в жизнь Церкви.

   Телефонные распоряжения, устный инструктаж, нигде не зафиксированные неофициальные соглашения — вот та атмосфера нездоровой таинственности, которая густым туманом окутала отношения Московской Патриархии и Совета по делам Р.П.Ц.

  И если «Духовный регламент» Петра I, поставивший во главе Святейшего Синода верующего мирянина — чиновника, вызвал законный протест христианской совести, то тем более возмущение вызывает положение, при котором деятельностью Московской Патриархии негласно руководят чиновники-атеисты.

   Ваше Святейшество!

   Мы вполне сознаем всю исключительную ответственность наших обвинений, но твердо уверенные в их истинности, за каждое из них мы готовы дать ответ перед Судом Божиим.

  На основании своей пастырской практики мы твёрдо знаем, что Совет по делам Р.П.Ц. действительно вмешивается во внутреннюю жизнь Церкви, что это вмешательство направлено на разрушение Церкви, что оно действительно осуществляется путем неофициальных устных распоряжений и что церковная власть этим распоряжением безоговорочно повинуется.

  Длинный ряд фактов подтверждает каждый пункт наших обвинений.     


1. Незаконная регистрация крестин и прочих треб.

   Можно ли представить себе, чтобы во дни апостольской проповеди, когда по слову первых учеников Христа крестились многие тысячи народа, перед совершением таинства избранные члены церковной общины по соизволению Апостолов записывали всех желающих креститься, а потом передавали эти списки в руки римской или иудейской администрации?

   Греховность такого помысла очевидна! Между тем, как это ни горько сказать, именно такое положение существует ныне в Русской Церкви и Её пастыри циркуляром Вашего Святейшества от 22/12—1964 г. за № 1917, принуждаются, долгом послушания архипастырскому слову, активно содействовать этому греху.
Безоговорочное подчинение существующему беззаконию, к чему призывает циркуляр, ставит пастыря в положение доносчика на тех, кто вверил себя покровительству Матери-Церкви.

   Дело в том, что за последние годы в подавляющем большинстве приходов введен такой «порядок», при котором таинство крещения совершается только после предварительной неизбежной регистрации. Каждый, желающий принять Св.Крещение или крестить своих детей, обязан предварительно предъявить свой паспорт представителю церковного совета, который регистрирует его (или свидетельство о рождении) по определенной форме. Сверх того, при крещении детей требуется непременное присутствие обоих родителей.

   Такой же незаконной регистрации подвергаются и другие требы: Венчания, Соборования, и Причастие на дому, Отпевание.

  Управлению Московской Патриархии известно, что акты регистрации крестин и других церковных треб систематически просматриваются местными органами власти и, до недавнего времени, использовались антирелигиозниками для грубой травли крестившихся, родителей, крестивших своих детей, венчавшихся и т.п. Их «прорабатывали» по месту работы или учебы, подвергали «административному давлению», на них помещались карикатуры наравне с пьяницами, развратниками и бездельниками, их имена с нелестными комментариями склонялись в прессе и т.д.

   В настоящее время антирелигиозники продолжают использовать регистрацию церковных треб, которую местные органы власти получают из первых рук церковных советов, для идеологической борьбы с Церковью и для незаконного вторжения в личную религиозную жизнь граждан*.

   { Примечание: * Один из примеров: «Советская Россия» ст. «Вокруг купели» 12/8—65 г.}

    Управлению Московской Патриархии всё это хорошо известно, как и то, что практикующийся «порядок» регистрации крестин и других треб, противоречит христианской совести, Каноническому Праву**, и пастырскому долгу, что он является вопиющим беззаконием и произволом, попирающим принцип свободы вероисповедания.

      {Примечание:** Правила Св.Церкви повелевают, что в случае крайней нужды крещение может быть совершено и вне храма и даже мирянами.}

   Откуда же взялась эта практика? Где закон или хотя бы письменные распоряжения, церковные или гражданские, вводящие её в жизнь приходов***?

   { Примечание: *** Циркуляр Его Святейшества за № 1917 не вводит регистрацию крестин, а лишь обязывает священников подчиняться уже существующей, практике.}

  Их нет!

  Более того — регистрация крестин представителями церковных советов является грубым нарушением советского законодательства, ибо член совета — частное лицо и не имеет права проверки и, тем более, регистрации документов.
Противозаконная практика регистрации крестин внедрена в жизнь приходов Советом по делам Р.П.Ц., который путем устного диктата навязал её исполнительным органам церковных советов.

   Отчетливо сознавая противозаконность такого административного давления и неприятные последствия возможных законных протестов, уполномоченные Совета, через которых это давление практически осуществлялось, категорически отказываются письменно подтверждать свои распоряжения. В то же время уполномоченные требуют неукоснительного исполнения этих распоряжений, лишая регистрации те церковные советы, которые не желая нарушать гласное законодательство, отказываются подчиняться устной инструкции.

   Очевидно — повсеместная практика противозаконной регистрации крестин и других церковных треб является неопровержимым свидетельством вмешательства Совета по делам Р.П.Ц. во внутреннюю жизнь* Церкви и беспрекословного подчинения Московской Патриархии неофициальному устному диктату чиновников-атеистов.

   Кроме этого не лишним будет сказать и следующее. Беззаконная практика регистрации церковных треб подрывает доверие народа к Матери-Церкви и полагает серьезное преткновение на пути тех, кто стремится принять Св.Крещение или крестить своих детей.

   Таким образом Московская Патриархия, активно способствуя этой беззаконной практике, берёт на себя тягчайший грех, порождая духовный соблазн и отталкивая человеческие души от Спасительной Благодати.

   Может ли христианская совесть остаться безучастной к такому вопиющему беззаконию?

2. Массовое закрытие храмов, монастырей и церковных школ.

Православный народ издревле возлюбил Божий храмы. Всю глубину и красоту своего христианского мироощущения, евангельскую мудрость и духовную силу, светлое чувство гармонии и богатые дарования свои вложил он в созидание храмов Божиих. Сооружение и сбережение христианских храмов всегда почитал он делом первостепенной важности и благочестия, «...возлюбил благолепие дома Твоего и место селения Славы Твоея», ибо Православный храм есть подлинно дом Божий, средоточие церковной жизни, духовная трапеза, окормляющая верных нетленными дарами Божественной Благодати, место встречи Божественного и человеческого, сердце христианской общины.

«Как драгоценна милость Твоя, Боже! Сыны человеческие под кровом крыл Твоих покойны. Насыщаются от изобилия Дома Твоего, (в тексте: «...от тука дома...») и от потока сладостей Твоих Ты напояешь их» (Пс. 35:8- 9).

«Блажен, кого Ты избрал и приблизил, чтобы он жил во дворах Твоих».

«Насытимся благами дома Твоего, святаго храма Твоего». (Пс. 64:5).

Но не только религиозно-культовое значение имеет православный храм, он имеет и важное значение церковно-социальное. С тех пор, как государство и общество признали легальное существование Церкви, православный храм стал местом публичного и законного собрания христианской общины (экклезия).

   Без храма никакая церковная власть, стоящая на позиции легальности, не может осуществлять своего пастырского служения. Такая церковная власть, теряя храмы, лишает Церковь не только очагов духовного бытия, но и опорные пункты своего легального существования. Тем самым Она лишает «словесное стадо» церковной ограды, предает его на расхищение «волкам и татям».

   Согласно действующему в нашей стране законодательству, все церковные здания являются общенародной собственностью. Каждая православная община, имеющая в своем составе не менее двадцати человек, имеет право на получение в пользование церковное здание. Права общины на пользование храмом ограждены законом:

   «Передача здания культа, находящегося в пользовании верующих для других надобностей (ликвидация молитвенного здания) допускается исключительно по мотивированному постановлению Центрального Исполнительного Комитета автономной Республики, краевого или областного Исполнительного Комитета, если это здание необходимо для государственных или общественных надобностей. О таком постановлении сообщается верующим, составившим религиозное общество».

   «Если верующие, составившие религиозное общество, в двухнедельный срок со дня объявления им постановления о ликвидации молитвенного здания обжалуют это постановление в Президиум Верховного Совета СССР, то всё дело о ликвидации молитвенного здания пересылается в Президиум Верховного Совета СССР. Договор с верующими теряет силу и здание культа изъемлется из их пользования только после утверждения соответствующего постановления Президиумом Верховного Совета СССР»*.

   За последние сорок лет Русская Церковь пережила два периода массового закрытия храмов. В первый раз это было во времена становления культа личности Сталина, второй раз — во время правления Хрущёва. За краткий период 61—64 гг. были закрыты тысячи православных храмов. Закрыты вопреки желанию верующих, в нарушение гласного законодательства, без соблюдения предусмотренной законом процедуры.

Тяжкое бедствие постигло Русскую Церковь. Одна утрата следовала за другой: Глинская пустынь, древнейшая святыня земли Русской — Киево-Печерская Лавра, Свято-Андреевский собор, в котором почивали св. мощи великомученицы Варвары, кафедральный собор в Новгороде, Св.скит Почаевской лавры, тысячи храмов Украины и Белоруссии, монастыри Закарпатья и Молдавии, святые храмы России! Беда обрушилась и на очаги христианского просвещения: одна за другой были закрыты семинарии в Киеве, Ставрополе, Саратове, Волыни, Жирови-цах. Горестный вопль потряс Русскую Церковь! В эту минуту тяжкого испытания с надеждой на помощь обратились сердца верующих людей к своим Пастырям. Ибо кому как не Пастырю должно полагать душу свою за овцы, ограждая стадо от расхищения?

   Поток жалоб и заявлений, подписанных тысячами православных, хлынул к епархиальным архиереям и в Управление Московской Патриархии. Сотни ходатаев переполняли в эти дни канцелярии правящих епископов. За тысячи километров приезжали посланцы бедствующих приходов и монастырей в Москву, ища защиты и покровительства Святейшего Патриарха.

   Увы, напрасны были надежды!

   * О религиозных объединениях. Постановление ВЦИКи СНКот 8.4.1929 г. №№ 36,37.

   С вежливым равнодушием, с холодным бессердечием, как докучливых просителей встречали епархиальные канцелярии ходатаев церковного горя!

   Имея возможность оказать действенную помощь, большинство епископов Русской Церкви не нашли в себе мужества встать на защиту своей паствы. Мы говорим не о тех немногих, которые сознательно служили беззаконию, лично помогая безбожникам закрывать храмы — о таких сказано «...да будет двор его пуст, и да не будет живущего в нем, и епископство его да приимет ин» (Деян. 1:20). Но даже те архиереи, которые в сердце своем скорбели о церковном бедствии, беспомощно разводили руками, как бы говоря:«... оставил Господь землю сию и не види Господь» (Иез. 9:9).

   Так ли это?

   Разве священный долг архипастыря не повелевает ему полагать душу свою за овец стада Христова? Епископы обязаны были защищать храмы, тем более, что гласное советское законодательство дает достаточное объективное основание для защиты храмов силою закона! Епископы имели полную возможность не только направить протест верующих по законному руслу, но и самим ходатайствовать перед гражданской властью о пресечении беззакония.

   Пример такого епископа, как Преосвященный Ермоген, Архиепископ Калужский, на архипастырской совести которого нет ни одного закрытого храма, показывает, что, там где Епископ проявлял достаточно мужества .и усердия в деле защиты своей паствы, беззаконие отступало!

   10.000 закрытых храмов и десятки закрытых монастырей непререкаемо свидетельствуют о том, что Московская Патриархия не исполнила своего долга перед Христом и Русской Церковью, ибо только заручившись молчанием высшего Церковного Управления могли безбожники закрывать Божий храмы!

   Если бы противники Церкви не были уверены в том, что Московская патриархия откажется от законной защиты своей паствы, они никогда не посмели бы лишать православные общины законных прав на своё легальное существование. Таким образом, массовое закрытие храмов, монастырей и церковных школ непререкаемо свидетельствует о безоговорочном подчинении Московской Патриархии негласному диктату чиновников-атеистов. А сотни тысяч христианских душ на огромных просторах нашей Родины, лишённых церковного окормления, будут свидетельствовать пред Господом об этом беззаконии.
    

3. Фактическое прекращение треб на дому и панихид на кладбищах.

     Православная Церковь призвана освящать Божественной благодатию все стороны жизни своих верных чад. Поэтому издревле в Православной Церкви сложился духовный обычай помимо основного Богослужения в храме совершать по нужде верующих особые Богослужения вне храма: крестные ходы, молебны в домах и на полях, панихиды на кладбищах, освящение домов, стад, колодцев, пчелиных ульев и т.д.

   Согласно ныне действующему в нашей стране гражданскому законодательству, совершение Церковных Богослужений вне Храма разрешается при следующих условиях: для совершения Богослужения под открытым небом, если оно не является неотъемлемой частью Богослужения, требуется специальное разрешение местных органов власти, для совершения Богослужения связанного с похоронами и, тем более, для совершения Богослужений в частных домах никакого специального разрешения не требуется. («О религиозных объединениях». Постановление ВЦИК и СНК от 8 Апреля 1929 г. ст.58-61).

   На основании этого законодательства пастыри Русской Церкви до последних лет имели возможность беспрепятственно совершать панихиды на кладбищах и требы на дому: молебны, освящения домов, парастасы и панихиды.

   Примерно пять лет назад совершение треб на дому и панихид на кладбищах было фактически прекращено. Однако, напрасно стали бы мы перелистывать своды законов, отыскивая основания для прекращения треб. В законах такого основания нет. Как и всегда в подобных случаях, прекращение треб на дому и панихид на кладбищах было следствием неофициального диктата уполномоченных Совета по делам Р.П.Ц., незаконно вторгающихся во внутреннюю жизнь Церкви и грубо отметающих действующее гражданское законодательство. Так, например, в Московской епархии при перерегистрации духовенства в 1961— 62 гг. всем священникам было предложено подписать негласное распоряжение Совета по делам Р.П.Ц., предписывающее совершать требы на дому и панихиды на кладбищах только по разрешению местных властей (которое практически никогда не дается), причём уполномоченный Совета по Москве и Московской области — Трушин выдавал священникам регистрационные справки только после того, как они расписывались в том, что будут выполнять это распоряжение. Важно отметить, что при этом «распоряжение» оставалось на руках у Трушина, а расписавшиеся священники не получили даже его копий.

   Таким образом, хотя в данном случае диктат уполномоченного осуществлялся путем письменного распоряжения, это был всё тот же незаконный диктат, идущий вразрез с гласным законодательством и не только попирающий провозглашенную Конституцией свободу совести, но на сей раз прямо вторгающийся в личную жизнь граждан. Ибо по прямому смыслу указанного «распоряжения» никакой гражданин Советского Союза не может без специального разрешения местных органов власти пригласить к себе в дом священника для совершения молебна о здравии своего больного ребёнка или панихиды о упокоении своих почивших родителей, не рискуя при этом поставить священника, своего пастыря и гостя, перед угрозой лишения регистрации!

   Управлению Московской Патриархии всё это хорошо известно, и в данном случае Высшая Церковная власть своим беспринципным молчанием покрывает беззаконные действия направленные на всемерное удушение церковной жизни.


4. Принудительное удаление детей от Церкви.

      Священное Писание рассказывает, что во время земной жизни Господа нашего Иисуса Христа, к Нему приносили маленьких детей, чтобы Он благословил их.

   «Ученики же не допускали приносящих. Увидев то, - повествует Евангелие — Иисус вознегодовал и сказал им: пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царствие Божие». (Мр.10:13-14).

   Верная заповедям Спасителя, Св.Православная Церковь всегда уделяла большое внимание приобщению детей Божественной благодати. Ради этого Св.Церковь установила практику крещения младенцев, благословила христианское воспитание детей в семье, постоянно заботилась о духовном воспитании подростков.

   Вековой опыт Церкви свидетельствует о том, что чистая детская душа особенно восприимчива к светлой красоте Православия и его Богослужения и что верующие дети охотно принимают в нем деятельное участие.

   Идя навстречу религиозным потребностям детской души, чадолюбивая Мать — Православная Церковь — всегда благословляла практическое участие детей в храмовом Богослужении. В России издревле существовали детские церковные хоры, и верующие мальчики охотно допускались к деятельному участию в церковной службе.

   Нет ни одного пункта Советского законодательства, который не только запрещал бы, но хотя бы как-то ограничивал участие детей в церковной жизни. Более того, декрет «Об отделении Церкви от государства», отделяя школу от Церкви в то же время предоставляет право всем гражданам обучать и обучаться религии частным образом.

   Однако за последние годы в Русской Церкви установилась антиевангельская бессердечная и незаконная практика принудительного удаления детей от церковной жизни. Выше мы уже писали о том, как незаконная регистрация крестин препятствует принятию детьми святого крещения. Но это далеко не всё! За последние годы уполномоченные Совета по делам РПЦ путем устных распоряжений Епископам, настоятелям храмов и старостам церковных советов запретили какое-либо участие детей и подростков до 18-ти лет в храмовом Богослужении. Более того, во время Великих церковных праздников милиционеры и дружинники зачастую вовсе не допускают христианскую молодежь в храмы. Наконец, «детоборческая» практика, навязанная Русской Церкви, дошла до того, что в некоторых епархиях под давлением уполномоченных Совета священнослужители отказывают детям в приобщений Святых Тайн!

   Все эти факты принудительного удаления детей от Церкви являются грубейшим нарушением Конституционной свободы совести и действующего в нашей стране гражданского законодательства.

   В силу этого Московская Патриархия имеет полную возможность на законном основании защищать религиозную свободу верующих детей.

   Это ли не долг пастырский?

   Однако и в данном случае Высшая Церковная власть уклоняется от исполнения своего долга!

   Более того, вопреки негодующему предостережению Самого Господа, Московская Патриархия участвует в бессердечной и незаконной практике, препятствующей детям приходить ко Христу.

   Примечание:
   Здесь уместно привести ещё один пример разрушительного вторжения Совета в жизнь Церкви, которое на сей раз было обращено прямо против детей. До 1961-62 г.г. многие приходы на законном основании имели рядом с храмом здания, специально оборудованные для крещения. Это давало возможность совершать крестины младенцев в самых благоприятных условиях. Теперь эта возможность отнята негласным распоряжением Совета, без всякого законного основания запретившим совершать крещение вне здания храма. Это вторжение Совета во внутреннюю жизнь Церкви внесло серьёзное неудобство в практику Богослужения (особенно в маленьких сельских храмах) и весьма неблагоприятно отразилось на обстановке, в условиях которой совершается крещение младенцев. К несчастью, церковная власть и на этот раз безропотно повиновалась беззаконию!


  5. Вмешательство «мирских начальников» в постановление духовенства.

     Для отеческого руководства церковной жизнью, для таинственного служения Божественному Домостроительству, ради хранения и духовного воспитания своей паствы, Господь установил в Св.Церкви пастырскую иерархию. Сугубое значение пастыря в том, что он является проводником и раздаятелем Божественной благодати. Через пастырей спасительные дары Божественной благодати изливаются на всю Церковь. Поэтому вмешательство «мирских начальников» в постановление духовенства всегда рассматривалось Церковью как величайшее кощунство — дерзновенная попытка насилия над Святым Духом, по справедливости приравнивалось к «симонии» — гнусному приобретению священства за деньги и подвергалось строжайшему осуждению.

   «Потому что нет ничего хуже того, кто Божественную Благодать, как вещь продажную, добывает за деньги или через мирских властей, равно как и того, кто продает её. Ибо при сем продается дар Св.Духа, как нечто служебное. По свидетельству соборного послания, писанного Тарасием, Святейшим Патриархом Константинопольским, к папе древнего Рима Адриану, гораздо извинительнее Македонии и прочие духоборцы.

  Ибо они пустословят, аки бы Святый Дух есть творение и раб Бога и Отца, а те, как мнится, делают Его своим рабом... Столь нетерпимы сии грехи! и посему-то получившие священство через деньги или через власть мирских начальников, а равно и преподавшие оное таким образом, вместе с извержением из клира, совсем изгоняются и из Церкви»*.

{Примечание:* Канонист Зонара. Толкование на 30 Правило Св. Апостолов.}


  Решительно пресекая это великое нечестие и бережно охраняя Св.Церковь от проникновения в пастырскую иерархию нецерковных сил, Правила Святых Славных и Всехвальных Апостолов и Святых семи Соборов повелевают:

   «Аще который Епископ, мирских начальников употребив, через них получит Епископскую в Церкви власть, да будет извержен и отлучен, и все сообщающиеся с ним». (Правила Св. Апостолов  30).

   «Всякое избрание во Епископа, или пресвитера, или диакона, делаемое мирскими начальниками, да будет недействительно»... (Правило 3-е 7-го Вселенского Собора).

   Авторитетнейший церковный канонист, Патриарх Антиохийский Фёдор Вальнасон, в своих толкованиях на это правило пишет:

  «4-е Правило дает постановление не об избраниях, совершаемых самими начальниками, а об избраниях епископов, происходящих по власти начальников, и об избраниях, то есть хиротониях пресвитеров, или диаконов, происходящих по начальническому же повелению. Итак, правило говорит, что хотя, по-видимому, они производятся архиереями, имеющими власть, но поелику происходят под влиянием власти и по насилию, то должны быть недействительны и отменяемы».

   Таким образом, Церковные каноны категорически запрещают какое бы то ни было вмешательство гражданских властей в постановление духовенства.

   Действующие в нашей стране законы, регулирующие отношение государства к Церкви, никак не посягает на неотъемлемое право Епископов Церкви рукополагать духовенство по своему усмотрению. Советские законы не предусматривают со стороны гражданской власти никакой предварительной санкции в случаях рукоположения священства, либо его назначения и перемещения.

   Однако, в последние годы в Русской Церкви установилась такая практика, при которой ни одна хиротония во Епископа, или пресвитера или диакона не совершается без неизбежной предварительной санкции чиновников Совета по делам Р.П.Ц. Используя всё те же испытанные методы негласного диктата, чиновники Совета всячески препятствуют рукоположению тех лиц, в которых Совет видит потенциальную силу, способную в дальнейшем противостоять беззаконным действиям безбожников, направленным на разрушение Св.Церкви. Руководствуясь этим принципом, чиновники Совета производят тенденциозный отсев абитуриентов духовных учебных заведений, лицемерно прикрываясь заботой о благе Церкви, препятствуют рукоположению достойных ставленников, не имеющих духовного образования, не позволяют лицам, имеющим высшее светское образование отдать свои силы на служение Св.Церкви и т.д.

   Кроме того, Совет по делам Р.П.Ц. способствует проникновению в ряды пастырей и дальнейшему продвижению по службе лиц, нравственно неустойчивых, маловерных, а иногда и вовсе беспринципных, способных служить злому делу — разложению Св.Церкви, а в подходящий момент и вовсе отречься от Христа.

   Несомненно — такое вторжение чиновников Совета в священную область хиротонии стало возможны только вследствии попустительства Высшей церковной власти, которая ради угождения «мирским начальникам» допустила попрание церковной свободы.

  Пытаясь оправдать существующее положение, некоторые ссылаются на то место послания к Тимофею Ап.Павла, в котором Св. Апостол, перечисляя достоинства, необходимые для кандидата в сан, говорит:
 
«Подобает ему также иметь доброе свидетельство от внешних, чтобы не впасть в нарекание и сеть диавольскую» (1 Тим. 3:7).

   Приведенный текст ни в какой мере не может служить оправданием вмешательства чиновников Совета в постановление духовенства. Имеется в виду свидетельство о доброй жизни ставленников, а не формальное «удостоверение», причём «внешних» Св.Апостол отнюдь не отождествляете властями, а имеет в виду

«непринадлежащих к Церкви Христовой верующих, иудеев и эллинов. Иметь свидетельство не значит, чтобы надлежало добыть форменное свидетельство от не своих и предоставить своим, но чтобы избираемый во ЕПИСКОПА пользовался доброй славою и среди неверующих. В каком отношении? Конечно, не по внешнему положению, но по всем известной доброй нравственности и житейским добродетелям»*.

   {Примечание: * Епископ Феофан. Толкование пастырских посланий Св. Апостола Павла. М.1894.С.293.}

Итоги
   Подводя итоги всему вышеизложенному, очевидно следующее.

   I. Противозаконная регистрация крестин, ставящая пастыря Русской Церкви и церковные советы в положение доносчиков на тех, кто вверил себя покровительству Матери-Церкви.

   II. Массовое закрытие Св.Храмов, монастырей и духовных школ.

   III. Фактическое прекращение треб на дому и панихид на кладбищах.

   IV. Антиевангельская, бессердечная и незаконная практика принудительного удаления детей от Церкви, и наконец,

   V. Пагубное вмешательство безбожников в поставление духовенства.

   Таковы горькие плоды и несомненные свидетельства безоговорочного подчинения Московской Патриархии неофициальному устному диктату чиновников-атеистов.

      Увы! Высшая Церковная власть не исполнила своего долга перед Христом и Церковью. Как написано у пророка:

   «И было ко мне слово Господне: Сын человеческий! Изреки пророчество на пастырей Израилевых, изреки пророчество и скажи им, пастырям: так говорит Господь БОГ: горе пастырям Израилевым, которые пасли самих себя! Не стадо ли должны пасти пастыри?

   Вы ели тук и волною одевались, откормленных овец заклали, а стадо не пасли. Слабых не укрепляли, и больной овцы не врачевали, и пораненной не перевязывали, и угнанной не возвращали, и потерянной не искали, а правили ими с насилием и жестокостью.

   И рассеялись они без пастыря, и рассеявшись, сделались пищею всякому зверю полевому.

   Блуждают овцы Мои по всем горам и по всякому высокому холму земли рассеялись овцы Мои, и никто не разведывает о них, и никто не ищет их.

   Посему пастыри выслушайте слово Господне.

    "Живу Я! говорит Господь Бог; за то, что овцы Мои остались не расхищенные и без пастыря сделались овцы Мои пищею всякого зверя полевого, и пастыри Мои не искали овец Моих, и пасли пастыри самих себя, а овец Моих не пасли - за то пастыри выслушайте слово Господне. Так говорит Господь Бог: вот, Я - на пастырей, и взыщу овец Моих от руки их и не будут более пастыри пасти самих себя, и исторгну овец Моих из челюстей их, и не будут они пищею их". (Иез. 34:1-10).

Горе пастырям, которые губят и разгоняют овец паствы Моей! говорит Господь. Посему так говорит Господь Бог Израилев к пастырям, пасущим народ Мой: вы рассеяли овец Моих и разогнали их и не смотрели за ними; вот Я накажу вас за злые деяния ваши, говорит Господь». (Иер.23:1-2).

   «...Поражу пастыря, и рассеются овцы стада» (Мф. 26:31).

   «...А наемник не пастырь»... (Иоанн. 10:12).

   В Апреле 1961 г. Совет по делам РПЦ известил Священный СИНОД РПЦ о том, что Совет Министров СССР указал на необходимость внести надлежащий порядок в жизнь приходов, и именно в вопросе восстановления прав исполнительных органов церковных общин в части финансово-хозяйственной деятельности в соответствии с гражданским законодательством о культах.

   Вместо того, чтобы в ответ на пожелание об упорядочении действительно упорядочить жизнь приходов в духе воли Божией, «благой, угодной и совершенной», недвусмысленно явленной в Апостольских правилах и Соборных канонах, Священный СИНОД, явно стремясь сообразоваться «с веком сим» (Рим. 12:2), поспешно отозвался на это указание об упорядочении постановлением от 18 Апреля 1961 г., которое внесло принципиальное и, к несчастью, антиевангельское изменение в иерархическую структуру Св.Церкви — неприкосновенную сферу пастырства.

   В связи с тем, что постановление Священного Синода вызвало справедливое возражение со стороны нескольких архиереев (ЖМП  № 8 за 1961 г., С.6), указавших на то, что это постановление отменяет ряд существенных пунктов «Положения об управлении РПЦ», принятого Поместным Собором 1945 г., в Июле 1961 г. был созван Собор архиереев, который, к несчастью, утвердил постановление Синода.

   В IV разделе Соборного Положения 1945 г., который синодальное постановление от 10 Апреля 1961 г. фактически отменило, говорится следующее:

   № 35. Во главе каждой приходской общины верующих стоит настоятель храма, назначаемый Епархиальным Архиереем для руководства верующими и управления причтом и приходом.

   №40. Настоятель храма является по своей должности непременным членом приходской общины и председателем исполнительного её органа (церковного совета)...

   №41. Исполнительный орган приходской общины верующих, под непосредственным руководством и наблюдением настоятеля храма и при ответственности перед гражданской властью за сохранение здания и имущества храма, ведет церковное хозяйство... является ответственным распорядителем денежных средств прихода...

   №44. Церковные суммы вносятся на хранение в банк или сберкассу на имя данного храма и получаются по чекам за подписью настоятеля и казначея прихода. Приходские средства учитываются путем ведения приходских книг.

   №45. Ведомость о приходе и расходе церковных сумм по полугодиям настоятель храма представляет Епархиальному Архиерею.

   №46. В случае незаконных действий исполнительного органа... настоятель храма доносит об этом Епархиальному Архиерею...

   №47. Настоятель храма имеет свою печать и штамп, зарегистрированные подлежащей гражданской властью.

   В IV разделе Соборного Положения нет ничего, что могло бы помешать Церковной власти исполнить пожелание Совета Министров о внесении надлежащего порядка в жизнь приходов, не нарушая при этом Церковных Канонов, так как Соборное Положение 1945 г. ничем не ущемляет права церковных советов и ни в чем не противоречит гражданскому законодательству о религии и Церкви.

   Однако, Высшее Церковное Управление, вместо того, чтобы упорядочить административно-хозяйственную жизнь прихода на основе Соборного положения 1945 г., соответствующего Каноническому праву и традициям Церкви, пошло на ненужный и опасный пересмотр Соборных установлений.

   В журнальном постановлении Синода, утвержденном Архиерейским Собором 1961 г. взамен IV раздела Соборного Положения 1945г. говорится:

   а) Православная приходская община Русской Православной Церкви... состоящая в каноническом ведении епископа, создается по добровольному согласию верующих... под духовным руководством избранного общиной и получившего благословение епархиального архиерея, священника...*

   { Примечание:* Согласно Православной традиции, община может избирать ставленника (кандидата), причём Епископу принадлежит право утверждения или отвода его кандидатуры, но никоим образом не может избрать самого священника. Предоставление общине права избирать священника и «оплачивать его содержание» (см. пункт «д» ), узаконивает антиевангельское превращение пастыря в наемника.}

   б) Приходская община является частью РПЦ, а вместе и Вселенской Христовой Церкви и имеет самостоятельный характер в управлении хозяйством и финансами.

   в) Для управления делами прихода организуются... два органа: церковно-приходское собрание, как орган распорядительный (собрание членов учредителей двадцатки), и церковно-приходской совет, как орган исполнительный... Для постоянного наблюдения за состоянием церковного имущества, за движением церковных сумм... избирается ревизионная комиссия... При наличии злоупотреблений, недостачи имущества или денежных средств ревизионная комиссия составляет акт и препровождает его в местный горсовет или сельсовет.

   (Прямое нарушение декрета «Об отделении Церкви от государства»...) — примечание наше.

   г) Приходское собрание в составе лиц, подписавших договор на пользование храмом и культовым имуществом, созывается по мере надобности с разрешения местных горсоветов или райсоветов и решает все вопросы, связанные с управлением и жизнью этих общин.

   д) Исполнительный орган приходской общины верующих, ответственный за свою деятельность перед общеприходским собранием, в период между двумя приходскими собраниями осуществляет руководство хозяйственно-финансовой жизнью прихода. Он несёт ответственность перед гражданской властью за сохранность здания и имущества храма, ведет церковное хозяйство... Исполнительный орган является ответственным распорядителем денежных средств прихода... Он делает взносы и отчисления на церковные и патриотические нужды; оплачивает содержание священнослужителей...

   ж) Денежные средства религиозной общины вносятся на хранение в Государственный банк на имя данной общины и получаются по чекам за подписью председателя (старосты) и казначея церковного совета...

   з) Исполнительный орган религиозной общины имеет свой штамп и печать, зарегистрированные подлежащей гражданской властью.

   и) Настоятель прихода и прочие священники (где они есть) суть пастыри прихода (!?), которым поручено епископом совершение Богослужения и церковных треб, преподание церковных таинств по церковному Уставу и руководство их в жизни Христианской. Они ответственны перед Богом и своим Епископом за благосостояние прихода со стороны его религиозной настроенности и нравственного преуспеяния.

   к) Настоятель храма, памятуя слова Апостолов: «А мы постоянно пребудем в молитве и служении слова» (Деян. 6:2-4), осуществляет духовное руководство... и своевременно доводит до сведения Исполнительного органа общины о нуждах, связанных с нормальным отправлением Богослужения, треб и церковных Таинств
( ЖМП 1961. № 8. С.15-17).

   Таким образом, Соборное Положение 1945 г. и постановление 1961 г. находятся в прямом противоречии, совершенно по разному определяя положение священника на приходе и объем его пастырского служения.

   Собор 1945 г. видит пастыря отцом и главой прихода, имеющего попечение не только о литургической стороне церковной жизни и благочинии причта, но и осуществляющего духовный контроль и управление всей административно-хозяйственной жизнью вверенного ему стада.

   В противоположность этому Синодальное постановление, лишая священника административно-хозяйственного управления приходом, фактически низводит пастыря до положения наемника, на договорных началах совершающего Богослужения и требы и находящегося в прямой зависимости от исполнительного органа.

   Практически это ведет к тому, что совет мирян не только освобождается от пастырского руководства, не только получает возможность оказывать на священника материально-административное давление, но и приобретает немыслимое в Церкви Христовой право по своему произволу увольнять своего духовного отца.

   Разумеется, что такое положение в корне противоречит церковному учению о пастырстве.

   Пастырь Христов — основа Церкви.

   На нем, в лице Апостола, утвердил Господь Церковь и ему вверил попечение о Ней.

   «...И Аз же тебе глаголю яко ты еси Петр, и на сем камени созижду Церковь Мою и врата адова не одолеют ей.
   И дамъ ти ключи Царства Небеснаго: и еже аще свяжеши на земли, будет разрешенона небесех» (Матф. 16:8-19).

   Только Господь, вручивший пастырскую власть Апостолу и в его лице Епископу и Пресвитеру — Пастырь стада, и никто более!

   Всякая попытка ограничить иерархическую власть в Церкви, передать её функции в руки пасомых — действие антицерковное, антиевангельское. Пастырская ответственность за стадо всеобъемлюща и включает в себя не только литургическую сторону церковной жизни, но и административно-хозяйственную, так как без активного контроля над этой сферой со стороны пастыря, он не может в полной мере следить за чистотой вверенной ему паствы, своевременно предупреждать нестроения и охранять стадо от «волков и татей».

   Пастыреначальник, показуя пример такого попечения о стаде и о чистоте церковной, бичём изгнал торгующих из храма (Иоан. 2:13-16). Подражание Христу во всем всегда считалось Церковью высшей добродетелью —  преподобием*. Но если бы ныне пастырь Русской Церкви попытался — не говорим бичём изгнать, — но хотя бы словом пастырским препятствовать волкам расхищающим стадо, превращающим храм в дом торговли, то он неизбежно навлек бы на себя обвинение во вмешательстве в запретную для него — по нынешнему положению — область. Если же «волки» эти числятся членами двадцатки, а тем паче членами церковного совета, то тогда пастырь неизбежно, административным путем, извлекается из среды стада и едва ли не лишается «регистрации», что, как известно, делает у нас невозможным продолжение пастырского служения.

    { Примечание:* "Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу" (1 Коринф. 4:16).}

   Вслед за Св.Евангелием, пример Апостольский также указует на необходимость пастырского контроля над материальной стороной жизни общины. В книге «деяний» не раз повествуется о подобной ревности Святых Апостолов или — как это было бы квалифицированно в духе СИНОДАЛЬНОГО постановления — подобного «вмешательства пастыря в сферу финансово-хозяйственной деятельности прихода».

   Достаточно вспомнить грозный пример с Ананием и Сапфирою (Деян. 5:1-11), а также знаменательную передачу попечения «о столах» (хозяйстве) рукоположенным диаконам (Деян. 6:1-6), на которую некстати ссылается Синодальное постановление, совершенно искажая смысл этого акта, о чем нам ещё придется говорить ниже.

   Таким же примером, говорящим о постоянном «вмешательстве» Св.Апостолов в хозяйственную жизнь общины служит сбор подаяний в пользу Иерусалимской Церкви, которым на протяжении многих лет непосредственно руководил сам Св. Апостол Павел (I Кор. 16:1-4; II Кор. гл.8-9; Гал. 2:9-10), более других потрудившийся в «служении слову» (II Кор. XI:3 - XII:6.).

  Недвусмысленно на этот счет и суждение Канонического Права:
  Правила Святых Апостолов XXXVIII и XII, а также Анкирского Собора XV и Гангрского Собора VII и VIII согласно свидетельствуют о том, что руководство и управление административно-хозяйственной жизнью принадлежат пастырям.

   "Епископ да имеет попечение о всех церковных вещах, и оными да распоряжает, яко Богу назирающу. Но не позволительно ему присваивать что-либо из оных, или сродникам дарить принадлежащее Богу. Аще же суть неимущий, да подает им, яко неимущим: но под сим предлогом да не продает принадлежащее Церкви".
                                                                       Пр. СВ. АПОСТОЛ XXXVIII.

    "Повелеваем епископу имети власть над церковным имением. Аще бо драгоценные человеческие души ему вверены быть должны: то кольми паче о деньгах заповедать должно, чтобы он всем распоряжал по своей власти, и требующим через пресвитеров и диаконов подавал со страхом Божиим, и со всяким благоговением: (аще потребно) и странноприемлимых братии, да не терпят недостатка ни в каком отношении. Ибо Закон Божий постановил, да служащий алтарю от алтаря питаются: якоже и воин никогда не подъемлет оружия на врага на своем пропитании"    (Пр. Св. Апостол 41-е).

   Как явствует из приведенных выше примеров и Правил, Св.Церковь никогда не мыслила духовную власть ограниченной в своих функциях «служением слову», подобно тому, как она не мыслит тела без подчинения душе. Существующее же ныне в церковном организме разделение «души и тела» — отделение и неподчинение материально-хозяйственной сферы сфере духовной — явная болезнь, чреватая весьма опасными последствиями.

   Синодальное постановление нанесло по каноническому ограждению Церкви удар, открывший в нем свободный проход для вторжения антицерковных сил, и действие этих сил не замедлило сказаться в самой активной форме. Так, исполнительные органы церковных советов, избираемые и действующие без пастырского благословения, получив тем самым независимость от канонически правильной церковной власти Епископа и священника, совершенно попали в подчинение местным гражданским властям и уполномоченным Совета по делам Р.П.Ц.

   Сейчас, по прошествии четырех лет со времени введения в жизнь Синодального постановления, налицо его плачевные результаты: в подавляющем большинстве приходов духовная жизнь в значительной степени разстроена, единство стада разрушено — исполнительный орган превратился в проводника нецерковных, а зачастую и антицерковных влияний, стремясь подчинить своему диктату алтарь, беспрепятственно сея искушения и соблазн, порождая распри и всяческие нестроения, ставшие ныне характерной чертой приходской жизни.

   Вследствии Синодального постановления приходы Русской Церкви стали жертвой губительного принципа — разделяй и властвуй. Сугубое возмущение вызывает тот факт, что этот разрушительный для всякого единства принцип внедрен в церковную жизнь и узаконен Высшей церковной властью, призванной охранять единство стада!
Естественно возникает вопрос: на каком основании Архиерейский Собор 1961 г. утвердил журнальное постановление Священного Синода, столь вредное для церковной жизни?

   Всякого, кто знакомится с Деяниями Собора 1961 г. (ЖМП 1961. № 8. С.5—17), поражает отсутствие правильной канонической аргументации: несерьезные ссылки (на) безымянных канонистов, голословные и совершенно бездоказательные церковно-исторические соображения, необоснованное перенесение в сферу церковно-иерархи-ческих отношений принципов «широкой демократизации» - вот те зыбкие «основания», которые отцы Собора пытаются противопоставить Апостольским и Соборным правилам (см. там же, С. 10).

   Ваше Святейшество!

   Во вступительной речи на Соборе 1961 г. Вы указали на то, что освобождение пастырей от участия в «хозяйственно-финансовой деятельности общины... находит свое оправдание в известном из книга Деяний Свв. Апостол Апостольском решении служителям Церкви пребывать в «молитве и служении слова», а заботу о столах (хозяйстве) передать «избранным из среды церковной лицам» (Деян. 6:2-3). Мы недоумеваем, каким образом можно исключить из состава служителей Церкви Свв Архидиаконов - первомученника Стефана, Филиппа, Прохора, Никанора, Тимона, Пармена, и Николая Антиохийца?!

   Каждому христианину хорошо известно, что семь мужей сих, избранных от народа «изведанных, исполненных Святаго Духа и мудрости... были поставлены» пред Апостолами, и они, помолившись, возложили на них руки (Деян. 6:3-6). Таким образом только после хиротонии во диакона избранные мужи получили власть распоряжаться церковным хозяйством!

   Пример избрания и поставления семи диаконов не только не дает основания для «освобождения» пастыря от руководства хозяйственно-административной деятельностью общины, но, напротив того, непререкаемо свидетельствует о том, что подчинение всех сфер церковной жизни иерархическому началу есть подлинное Апостольское Предание.

   Таким образом, Синодальное постановление, утвержденное Архиерейским Собором 1961 г., является дерзновенным нарушением Апостольского Предания и Церковных канонов. Говоря Вашими словами, оно переступило через рубеж правил церковных, подвергло опасности' многое и подало повод к серьезным и основательным нареканиям.

   Особо следует оговорить вопрос о церковных финансах.

   По разумению Церкви имущество церковной общины принадлежит Богу и находится в каноническом ведении Епископа, «яко Богу назирающу» (Правила Свв. Апостол XXXVIII и XII).

   Согласно государственному законодательству, здания храмов и культовое имущество являются национализированными и передаются церковным общинам на договорных началах; в отличие от культового имущества, финансы общины не являются национализированными и никоим образом не учитываются государственными органами.

   Синодальное постановление, учредившее самостоятельный характер церковной общины в управлении хозяйством и финансами, нарушило дух и букву Церковных канонов. Более того, освободив исполнительные органы приходских общин от финансовой ответственности перед епископом, оно под видом финансовой «автокефалии» прихода, фактически отдало принадлежащее Богу в распоряжение местных органов гражданской власти, которые воспользовались отказом епископата от канонически принадлежащего ему права распоряжаться церковными средствами, совершенно незаконно присвоили себе право контроля за движением церковных сумм и влияния на финансовую жизнь общин, систематически обращая это во вред Церкви.

   Это тем более возмутительно, что гражданское законодательство на церковные финансы не претендует (О религиозных объединениях». Постановление ВЦИК и СНК от 8.4.1929 г. №55, 56).

   Таким образом, Синодальное постановление не только не упорядочило финансовую жизнь приходов в «соответствии с законодательством о культах», но грубо нарушило Церковные каноны и привело к нарушению гражданского законодательства.

   Подводя итоги всему вышеизложенному, должно сказать следующее: безоговорочное подчинение Московской Патриархии неофициальному устному диктату чиновников-атеистов с одной стороны, и поддержанное Архиерейским Собором 1961 г. Синодальное постановление, исторгнувшее административно-хозяйственную власть из рук Церковной Иерархии и фактически передавшее её в руки местных органов гражданской власти, с другой, целенаправленно осуществляет один и тот же греховный и богопротивный замысел - постепенное превращение Церкви Христовой в служебный придаток безрелигиозного государства.

   ДА НЕ БУДЕТ!


  
«...Иисус сказал им: смотрите, берегитесь закваски фарисейской и саддукейской...» (Матф. 16:6).

   «...Он заповедал им, говоря: смотрите, берегитесь закваски фарисейской
и закваски Иродовой» (Марк. 8:15).

   Изложив картину бедственного положения Русской Церкви, естественно задать вопрос: каким образом это положение могло возникнуть? Почему Высшая церковная власть превратилась в послушное орудие в руках чиновников-атеистов? Зачем русские архипастыри и пастыри, в большинстве своем искренние и чистые люди, непонятным молчанием покрывают это вопиющее беззаконие?

   Отвечая на эти вопросы, следует прежде всего указать на то, что в настоящее время в Русской Церкви есть ряд епископов и пресвитеров, которые сознательно служат беззаконию. Это те, кто стяжал недобрую славу усердных закрывателей православных храмов, те, кто любое распоряжение местного уполномоченного почитает более Евангельского слова и Церковных Канонов, это те, кто отлучает детей от Святого Причастия, кто ругается Церковной Святыне*, кто предавал своих братии — те кто вовсе потеряв страх Божий, — помогают антирелигиозникам в их стремлении разрушить Святую Церковь.

   {Примечание: * Вопиющим тому примером может служить кощунственное захоронение Св.прославленных мощей Святителя Феодосия Черниговского, совершенное епископом Игнатием по требованию местного уполномоченного.}

   Все эти люди хорошо известны, но дело не только в них. Мы считаем своим сугубым долгом обратить внимание Вашего Святейшества на тот факт, что сейчас в Русской Церкви действует целая группа епископов и священников, которые под видом благочестия сознательно и активно искажают дух Русского Православия. Эти люди возымели лукавый помысел развратить Русскую Церковь — насадить в ней дух теплохладности, дух раболепия и фарисейства, тлетворный дух «мира сего», а Высшее церковное управление они хотели бы превратить в чиновничью канцелярию, в своего рода «министерство по делам православного вероисповедания», уполномоченное сдерживать и регулировать религиозные эмоции верующих граждан.

   Дух самоуверенного благополучия на фоне общей тревоги, быстрое преуспеяние на официальном поприще, «стопроцентная» готовность служить «веку сему», податливая и гибкая совесть — вот что отличает этих людей. Все они как бы повторяют суетные слова предстоятелей Лаодикийской Церкви: «...я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды...» (Откр. III:17). Они имеют «вид благочестия, силы же его отрекшиеся» (2 Тим. 3:5).

   Эта активная и всё возрастающая группа «недобрых пастырей» является сейчас главной опасностью для Русской Церкви.

   Вторая немалая опасность заключается в том, что подавляющее большинство даже тех епископов и пресвитеров, которые крайне недовольны нынешним положением Русской Церкви, молчат и своим тяжким молчанием способствуют его ухудшению. Говоря это, мы имеем в виду не тех, которые молчат, скованные страхом или пораженные унынием — эти мотивы сами по себе столь предосудительны, что не требуют специального опровержения, — нет, мы говорим о тех епископах и пресвитерах, которые пытаются оправдать свое молчание «высшими соображениями». Иные архиереи серьезно считают, что они своим молчанием спасают Русскую Церковь, «ибо — рассуждают они - если мы будем протестовать против незаконных действий Совета нас лишат регистрации и тогда наши опустевшие кафедры захватят преуспевающие противники церковной свободы и «что сие последнее будет горше первого».

   В самом деле: если для опасения своих кафедр от «недобрых пастырей» епископы, принявшие на себя «миссию» спасения Церкви, молчат и своим молчанием сами попустительствуют злому делу — попранию церковной свободы чиновниками Совета и позволяют «волкам» разгонять и расхищать стадо, то какой в этом смысл? И кого кроме самих себя спасают эти епископы? Не навлекают ли они на себя грозное Слово реченное через пророка:

  «...так говорит Господь Бог: горе пастырям Израилевым, которые пасли себя самих! Не стадо ли должны пасти пастыри» (Иез. 34:2).

   Порочная «тактика молчания» противоречит тому, чему учит нас основополагающий пример Св.Апостолов и великих церковных исповедников. Св.Апостол Павел хорошо знал и ясно засвидетельствовал, что после него придут в Церковь «волки, не щадящие стада» и тем не менее не только не оберегал себя, но, вопреки настойчивым мольбам своих возлюбленных чад, мужественно шел на свой великий исповеднический подвиг. (Деян. 20:17-38).

   Полезно напомнить пастырям, полагающим, что они спасают Церковь, и то, что не мы слабые чада Её, — епископы, пресвитеры и миряне, спасаем Христову Церковь, а что Она, чадолюбивая наша Матерь, спасает нас, Церковь же спасает Христос!

   Христос основал Свою Церковь не на слабой и удобоподвижной воле человека, а на Своей всемогущей и неизменной благодати и потому никому не следует надмеваться пустым помышлением о своей спасительной роли, но смиренно и мужественно исполнить свой долг верности Матери Церкви, постоянно моля Христа Бога нашего о помощи свыше и твёрдо уповая, что только Он, по слову Своему пребывающий с нами до скончания века, вершит судьбы наши.

   Кроме ложных помыслов о «спасении» Церкви, бытует среди русских пастырей и другой соблазн, поражающий в основном пастырей приходских. Многие хорошие и деятельные священники, видя бедственное положение Русской Церкви и тягостное безмолвие архиереев, искренно сокрушаются об этом, но тем не менее сами пребывают в молчании, успокаивая свою совесть тем, что стараются сделать многое для насаждения и поддержания доброй христианской жизни в своих приходах.

   Эти священники, к несчастью, забывают, что Церковь есть единый организм — Тело Христово и что если, по слову Апостола Павла, болезнь одного члена есть вместе с тем и болезнь всей Церкви (I Кор. XII:26), то тем более болезнь всей Церкви есть и болезнь каждого Ея члена. На этот счет не приходится обманываться — в больной Церкви не может быть здорового прихода.

   Те приходские пастыри, которые, видя общую болезнь, тем не менее молчат, должны знать, что они своим неправедным молчанием прикрывают беззаконие и тем самым оказывают желанную услугу всем противникам Святой Церкви. Можно ли такой ценой приобретать право на пастырское служение? Не противоречит ли это словам Господа: «не может...дерево злое приносить плоды добрые» (Матф. 7:18).

   Распространённая в Русской Церкви фраза: «надо молчать, не то снимут с регистрации» - есть порочное самооправдание, недостойное христианского пастыря. Не о сохранении регистрации должно помышлять священнику, а о хранении верности Христу и Церкви.

   Но церковный партикуляризм, узко-приходской взгляд есть духовная болезнь — потеря целостного видения Церкви, забвение вселенских задач христианского домостроительства. Развитие этой болезни неминуемо ведёт к сектантству.

Тяжко страдает Русская Церковь! Велики её скорби, горьки её печали, но мы глубоко уверены, что болезнь сия не к смерти, но к славе Божией!

Ибо  не для того Пресвятая Владычица приняла Русскую Церковь под свой милостивый Покров, не для того проповедывали славянские первоучители, не для того светлый сонм Русских святых предстоит в Церкви и «невидимо за ны молится Богу», не для того просиял в сердце земли Русской великий угодник Божий — Преподобный Сергий, не для того обильно излилась священная кровь Русских мучеников, не для того тысячу лет звучит над Русской землей пасхальный благовест, с такой всепобеждающей силой, с какой не звучит он нигде в мире — чтобы всё это духовное богатство, весь этот священный залог, вся эта красота и слава завершились жалкой канцелярией — покорным орудием нецерковных сил!

  ДА НЕ БУДЕТ!

  Ваше Святейшество!

  Не только о бедственном положении Русской Церкви хотим мы свидетельствовать перед Вами в этом письме, пришло ныне время свидетельствовать и о том, что милостию Божиею есть и в Русской Церкви тысячи мужей, «которые не преклонили колена свои перед Ваалом» (Рим. 11:) и которые ныне являют собой внутреннюю ограду Церкви, духовно противостоящую беззаконию.